Главная » Отзывы » Трансильванская история

Рассказ о походе по Румынским Карпатам по маршруту "В гости к Дракуле" 23.08-04.09.2014 (Евгений Косарев, Москва)

ТРАНСИЛЬВАНСКАЯ ИСТОРИЯ

Отчет из похода по Румынским Карпатам "В Гости к Дракуле"

Алоха! Лучшей фотки, чтобы представиться, я не нашёл, но не беда - дальше вас ждёт кое-что иное)

Ну что ж… Хотя с окончания того замечательного похода прошло уже за два месяца, я напишу всё-таки этот отчёт. Тем более что те замечательные события более чем достойны их описания, или хотя бы воспоминания о них. Ритм городской жизни заставляет быстро забыть происходившее с тобой, настолько сильно контрастирующее с обыденным. Вероятно, это одна из причин, по которой желание пойти в горы со временем всё нарастает и нарастает, пока, наконец, не выгонит тебя из дома на какие-нибудь ветреные вершины. Ведь воспоминания – это только воспоминания, и чем больше времени проходит, тем сильнее яркая в начале картинка теряет в цвете. Я верю в реинкарнацию и это сильно напоминает мне то, что о ней говорят: душа, покинув тело, должна забыть всё, что с ней происходило, точно так же как в ходе этого своего закончившегося существования она не помнила своих прежних кармических связей и долгов – того, что должно будет произойти. В противном случае, жизнь человеческая стала бы невыносима. Воспоминания о событии – это, как будто, маленькая жизнь, прожитая когда-то. Поэтому в конце концов они должны растаять, чтобы открыть тебя для полноценного восприятия нового, каким бы оно ни было.

А сейчас нужно попытаться побороть лень и всё-таки вспомнить это ещё раз! Здоровенная кружка с кофе, альбом с фотографиями на компе, другой альбом, карты гор Фэгэраш, Пьятры Краулуй и Бучеджа, купленные в лавке у подножия замка Дракулы, сигарета… Поехали.

…На улице конец августа, тёплые и приятные дни. Рюкзак всё ещё валяется в комнате в полу-разобранном состоянии с предыдущего летнего похода по Северному Приэльбрусью. Не сказать, чтобы тот поход был полностью удачным. Впервые группа (я, проводник и семья из Харькова) оказалась не слаженной – порой возникали неприятные трения, по личным причинам, да и вообще, не сформировалась сама команда. На этом фоне смазалось впечатление от прекрасных и суровых пейзажей, поскольку группе, с которой иду, я всегда придавал огромное значение. Тяжеловато было не только в моральном, но и в физическом плане. Холодный климат, дожди каждый день - в общем, захотелось тепла во всех смыслах. Но обязательно в горах, ибо девяти дней за лето оказалось слишком мало, чтобы удовлетворить эту жажду. А ещё, было жалко того, что с таким трудом пришедшее в форму после написания чудовищных размеров диплома тело бессмысленно бы её потеряло. Так что я решил достойно завершить это пришибленное дипломом и учёбой лето и через пару недель полез искать другие походы. И тут наткнулся на Трансильванию. О, сколько в этом слове… Но это для кого как. Я никогда не увлекался этой мистической историей о Владиславе Дракуле, хоть и уважаю его как историческую личность. Однако за Трансильванию во мне высказалось сразу несколько голосов: во-первых, пропадала шенгенская виза, которой я так ей и не воспользовался; во-вторых, после каменных долин и ущелий высокогорного Кавказа захотелось чего-то лесистого, тёмных хвойных лесов и диких мест. Мрачная трансильванская легенда как нельзя лучше дополняла это желание. И, в-третьих, тёплой погоды – ведь это же Румыния, южная страна! (Тут я опять забыл, что любые горы – это страна в стране, и там всегда всё по-своему). А ещё хотелось посмотреть кусочек Европы, чтобы ещё раз убедиться, что в качестве направления для дальнейших путешествий мне всё-таки милее Восток.

 

День 1. Всякий раз, когда я долго к чему-то готовился, ожидая в итоге определённых положительных впечатлений, выходило наперекосяк. Нетерпеливое ожидание путешествия по Кавказу, десятки километров, в качестве тренировки каждый день наматываемые на лонгборде по Парку Горького, не могли изменить того, что сложилось независимо от меня. Спонтанность же принятого в этот раз решения и отсутствие любых ожиданий, по этой логике, сулили классное приключение. Завершив на этой мысли все свои ожидания и вообще мало размышляя о предстоящем, в итоге я лихорадочно набивал рюкзак снаряжением, думая, что только чудом смогу успеть на самолёт, и, конечно, уже не успевал записать информацию о встрече с группой, не говоря уже о том, чтобы узнать что-то о стране, в которую полечу. Либо планирование всего и вся заранее, либо вот так.

В аэропорту я встретил Динару – ещё одну участницу, которая совершала пересадку в Москве со своего самолёта из Уфы. Поскольку ей случилось выбраться в такой трип в первый раз, она подошла ко всему более ответственно) Думая, что смогу напоследок насладиться цивилизацией в виде парочки славных альбомов с техно в своём плеере (в горах эта музыка просто не пойдёт), я сразу отключился – почти двое суток без сна дали себя знать.

…Насколько я знал, в Румынии туристам иной раз бывало непросто сориентироваться даже со знанием английского, но по прилёту мы, объединив свои скудные познания, сумели-таки выполнить этот страшноватый квест, заключавшийся в поиске нужного автобуса до Бухареста, затем – поезда на Северном вокзале до Брашова, и уже в Брашове – нужной нам гостиницы. Из нескольких опрошенных кто-нибудь один в любом случае мог нам помочь.

Изнутри они такие же игрушечные

Возможно, кому-то знакомо и ощущение нереальности происходящего, когда отправляешься в подобную поездку, особенно в другую страну. Не то чтобы тебя ошеломляет новизна того, что вокруг… нет, скорее ты просто не воспринимаешь это, пропуская через себя, не впускаешь внутрь, даже не принимаешь и сопротивляешься, пока это новое не сломает некую перегородку и не захватит целиком, растворив все городские самскары и привязанности и полностью открывая разум для восприятия окружающего. Я всегда жду этого момента, и он всегда наступает. Помню, в походе по Турции эта перегородка рухнула, как только я вдохнул тёплый морской воздух Анатолии и увидел прекрасные пальмы. Здесь понадобилось немного больше времени, потому что Румыния здорово напомнила мне Россию: серьёзные и хмурые лица кругом и общая запущенность и обшарпанность инфраструктуры, как будто вернулся обратно в ещё свежие в памяти 90-е (мы с Динарой увидели далеко не лучшую часть Бухареста). Румынию во всём этом выдавали невысокие домики нетипичной для нас архитектуры, кипарисы и обилие стареньких и новых румынских машин «Dacia». Кроме того, все вокруг казались мне цыганами. Иногда я даже не знал, как отличить цыган от румын;) Возле каждого торгового центра тусовалась цыганская семейка, но местные цыгане всё же не так выделялись, потому что далеко не все из них одеваются так броско, как мы привыкли видеть у себя. Многие из них вообще ведут осёдлую жизнь в деревнях или сёлах. Также румыны своим внешним видом напомнили мне итальянцев, а речью – итальянскую речь (это подмечали и туристы из многих других европейских стран). Не секрет, что на землях бывшей древней Дакии в своё время поселилось много переселенцев из Италии, принёсших с собой латынь, а румыны иногда называют себя «одичавшими итальянцами» (хотя сами итальянцы от такого родства открещиваются:). В глаза бросается обилие итальянских ресторанов, да и вообще, в Румынии чувствуется большая любовь к своим далёким южным соседям.

Центральная площадь Брашова и гора Тампа с подъёмником

Но мы возвращаемся в Брашов. К слову, поход должен был здесь закончиться, а начаться в Буштене, курортном городке в живописной долине на западе Трансильвании, однако гид посчитал, что, закончив ходовую часть маршрута на шоссе Транс-Фэгэраш по старому плану, мы рискуем не найти там транспорт до Брашова, поэтому весь маршрут был перевёрнут наоборот, чтобы закончить в более надёжном месте. Это было чем-то вроде эксперимента, а мы, соответственно, что-то вроде подопытных кроликов под рюкзаками. К слову, предыдущая группа, ходившая по Румынии, досрочно сошла с маршрута из-за погодных условий… Из окна поезда мы часа три наблюдали пейзажи жаркой равнинной Румынии, а с наступлением темноты ближе к точке рандеву поезд стали окружать тёмные лесистые гиганты, заливаемые дождём, и светящиеся курортные городки у их подножий. В Брашов, милый городок с прекрасными средневековым историческим центром у подножия покрытой лесом горы Тампа, мы прибыли в темноте, под инфернальным дождиком, как будто настраивающим нас на свой лад: «Вы в Трансильвании, ребятки! (ЗЛОВЕЩИЙ СМЕХ)». На чёрном массиве Тампы сияла надпись «Brasow», наподобие знаменитой надписи «Голливуд». Вселившись в хостел и не встретив никого из группы, я завалился спать без задних ног.

 

День 2. …А уже утром меня растолкала Динара, которая, мало того что уже осмотрела половину брашовских достопримечательностей, но и успела отведать местной кухни. Утром мы связались с группой, доехали до брашовского вокзала и там все и встретились. Итак, Динара и Женя (то есть, я) – из России, Уфа и Москва, Игорь и его девушка Оля – из Беларуси, Минск, и Мелания с Иваном, нашим гидом – из Украины, Ивано-Франковск. Все – молодые люди (это редко бывает!), и я был уверен, что нам будет, о чём поболтать. Загрузившись в машину, мы отправились на перевал Транс-Фэгэраш, где всё и должно было начаться. У начала перевала, на который вела фантастическая вьющаяся змеёй и льнущая к скалам дорога, было решено проехать эту дюжину километров на машине (еее!), после чего мы расстались с разговорчивым, тосковавшим по временам СССР таксистом и я понял, что наслаждение ласковым августовским солнцем Румынии здесь закончилось. Вокруг – словно тот же северный Кавказ! Суровые голые скалы, облака-обезьяны, ползающие по ним, и холодный ветер. А внизу – ровная как блюдце долина до горизонта, тёплая и сухая. Эээх…) На перевале был настоящий праздник жизни. Тут и там разбиты палатки, на скалы и обратно вниз лезут вереницы туристов с лёгкими рюкзачками, люди вокруг все в тёплых куртках и пуховках, звучащая откуда-то весёлая народная музыка, смех и чудный аромат копчёных колбас и всевозможных сыров, развешанных на торговых лавках. Ну точно Кавказ! Кемпинг возле Джилы-Су. Чтобы сэкономить немного румынских лей, мы разбили две палатки вместо трёх, слазили на ближайший перевал, полюбовались сверху на холодное горное озеро Балеа и оранжевые скалы под закатным солнцем, а затем как следует поужинали в тепле, тесноте, и не в обиде)

Вид с перевала у озера Балеа

Балеа и кемпинг. Справа под гору уходит туннель

Транс-Фэгэрашское шоссе

Нет, это ещё не замок Дракулы

 

День 3. Утро встретило нас таким холодом, который заставил задуматься, а зачем я всё это делаю. В прочем, вопрос риторический, а ответ приходит на первом же привале, с первым нереально вкусным бутербродом. Перегородка, не пускавшая новые впечатления и заставлявшая не поверить, что я снова в горах где-то в другой стране, тут рухнула, и я наконец ощутил – да, я в горах, и впереди только хорошее! Белая пелена облаков закрыла лежавшую под перевалом долину, и как бы подталкивала нас к тому, чтобы на ближайших дней десять забыть о ней и теперь залезть повыше. После распределения провизии я понял, что рюкзак весит за четверть сотни килограмм, и ТАКОГО я на своей спине ещё не таскал. Облака-обезьяны залезли на нашу стоянку, и, стоило нам только взобраться на новый перевал, решили полить нас дождиком. Вот так начало! И что вы думаете? Этот дождь и не думал пощадить ни нас, в горы уже ходивших, ни Динару, Олю и Игоря, которые выбрались в такие места в первый раз. Маленькие ручейки на суровых скалах превратились в реки, иногда сыпался град, вода в ботинках издевательски хлюпала при каждом шаге, а несчастное тело истекало потом под тёплой одеждой и дождевиком, тут же замерзая на каждой короткой остановке. Тяжелющий рюкзак резал плечи. Поэтому замаячивший на скалах впереди домик красно-белых цветов и с красным крестом на стене показался нам спасением. Внутри оказалось полно таких же мокрых, но улыбающихся туристов, пережидавших непогоду. Позже я сделал вывод, что по горам Трансильвании ходит, в основном, европейская молодёжь, ведь эти горы гораздо ближе к их домам, а у них нет денег на далёкие путешествия. Были среди них, конечно, и люди в возрасте, чаще всего румыны и немцы – один немец, помнится, даже спел нам песню на русском, которую выучил во времена своей студенческой юности. Дождик, притихший было на то время, пока мы были под крышей, зарядил с новой силой, стоило нам только выйти наружу. По рюкзакам струилась вода, среди безжизненных скал в синеющем тумане нам даже встретился грязный снежник, и уже ближе к темноте, когда перед нами встал массив очередного перевала, мы решили встать, наконец, на ночёвку. Этот первый день был самым тяжёлым. Что характерно, за этот день я не обнаружил в фотоаппарате ни одной фотографии. Первые два-три дня, как известно, вообще являются наиболее тяжёлыми в физическом плане, но здесь это оказалось сопряжено ещё и со сложной погодой и рельефом. Динаре, Игорю и Оле поначалу очень непросто давались крутые спуски. Динару трясло от холода, и Мелана с Иваном отпаивали её горячим чаем и всячески успокаивали, догадываясь, видимо, о её невысказанных комментариях по поводу происходящего. Сложно описать те физические мучения. Чтобы согреться, мы бегали по поляне и размахивали руками, а так же в рекордные сроки поставили палатки, чтобы иметь возможность стащить с себя побелевшими руками мокрую и холодную одежду, нацепить сухое и залезть дрожать в спальники. Однако в тот вечер я оценил золотые руки наших проводников – они готовили просто потрясающе! Любой суп был безумно вкусным, даже любой чай – выше всяких похвал. У Меланы был целый рюкзак собственноручно засушенных овощей, приправ, и прочих волшебных вкусностей. Например, что вы скажете о походном чёрном чае… с корицей, специями, названия которых я даже не знаю, стружкой ванили и ароматными мандариновыми корками? Волшебно! Я никогда не встречал проводников, с такой любовью и вниманием относящихся к готовке. А ещё я подсмотрел у них классную идею: утром, одновременно с завтраком, готовить ещё и второе блюдо, которое затем помещалось в термосы и съедалось горячим во время обеденного привала. Так что я взял это на вооружение. Гениальное просто!

 

День 4. Рассвет. Прекрасное прохладное горное утро где-то среди скал и альпийских лугов Фэгэрашского хребта. Метрах в десяти в камнях журчит речка с чистейшей водой, удивительно ясное голубое небо и ласковое солнце… но это не должно смущать! Вот уже появились первые маленькие облачка, а это значит, что совсем скоро всё затянет уже такой привычной, такой родной серой пеленой и нас польёт дождём. Но это потом, а пока мы вытащили мокрые вещи, разбросали их по траве сушиться на солнце и пили чай с халвой. Речка в качестве платы за что-то одной ей ведомое забрала у Меланы крышку от одного из термосов, а я сделал другую глупость, о которой не хотел бы говорить, но уж больно это смешно. Во время вчерашнего перехода я услышал от Меланы – знатока всевозможных растений и трав – об интересных свойствах одного красивого фиолетового цветка, позволяющего якобы увидеть «мультики». Заинтригованный этим, недолго думая и никого особо не расспрашивая, я взял парочку листьев и прожевал их. Ничего интересного, само собой, я не увидел, но язык горел сильнее, чем после самого огненного абсента. И только дома я узнал, что Omag Wolfsbane, на Руси известный также как «Волкобой» и «Чёрное зелье», или АКОНИТ (а это был именно он) в античные времена использовался как одно из средств казни, причём отнюдь не самой лёгкой! Когда узнал, хохотал до упаду.

 Утро второго дня. Сушимся

…Таким образом, в этот день, созерцая серые и чёрные зубья мощных скал и вершин, укутанные рваными серыми облаками, мы добрались до следующего перевала, с которого открывался вид на большое горное озеро и расположенный неподалёку каменный домище – приют Подрагу.

То, что я называю «духом Дракулы», сильнее всего я ощутил именно здесь.

Кромка хребта Фэгэраш и гора Tărâța

Вид на гору Arpașu Mare с перевала под вершиной Подрагу (2462 м)

Нам туда

Особенно эффектно этот приют-крепость, сложенный из грубых неотёсанных камней и с массивной деревянной дверью, выглядел в темноте, когда на мокрые камни бросала свой тусклый жёлтый свет одна-единственная висящая снаружи лампочка. Вокруг лишь тёмные холодные озёра и  безмолвные скалы. Внутри было не менее круто. Расположившись на деревянных лавках, мы с Динарой отведали местного фруктового чаю. Праздных путешественников здесь уже не было – сказывалась дикость здешних мест. Мы разбили палатки на берегу озера, рядом с группой развесёлых туристов из Чехии. Чем мне ещё нравятся эти заграничные походы, так это тем, что, встречая там людей из разных стран, ты напрямую ощущаешь свою общность с ними – здесь, будто по негласному договору, государства и политика становятся менее значимыми, и разрушаются стереотипы, если таковые есть. Узнаёшь много нового непосредственно от самих людей.

 

День 5. Хоть чехи и легли спать позже нас, утром мы, высунув лица на холод, застали их почти собранными и с весёлыми криками бегающими за срываемыми ветром вещами. Следующие два дня запомнились именно этим сумасшедшим ветром. Поскольку из-за погоды мы выбивались из графика на целый ходовой день (табличка утверждала, что до Balea-Lac, точки начала нашего маршрута, 5,5-6,5 часов ходу! Для каких это таких терминаторов?), сегодня предстояло пробежать изрядное расстояние и взойти на Молдовяну (2544 м) – высшую точку Румынии. Вскарабкавшись на перевал, мы отправились к ней прямиком по кромке Фэгэрашского хребта, и при этом оказались открыты жуткому ветру. Хребет Фэгэраш тянется по Трансильвании прямиком с запада на восток. Двигаясь в этом направлении, по правую сторону до горизонта мы наблюдали плоскогорье и дикие горные долины, сплошь покрытые хвойными лесами и населённые героями туристских страшилок, медведями, а по левую, под опасно срывающимися вниз горными отрогами – ровную долину с разбросанными по ней городками и сёлами, до ближайших из которых было километров 10. Впереди же – похожие на пирамиды горы и горбы, через которые нужно было постоянно переваливать, то набирая 100-200 метров, то сбрасывая их, но идти по хребту было всё же куда легче, чем брать перевал за перевалом.

У крайнего озера можно различить приют Подрагу

Иван, шагающий впереди, увидел бабака, или мармута, редкого горного грызуна, а нам с Меланой осталось лишь наблюдать его пушистую задницу с забавным хвостиком, трусливо перебирающую лапами, чтобы побыстрее «робко спрятать тело жирное в утёсах».

Между тем, впереди замаячила Молдовяну, представлявшая собой по форме почти что правильную трапецию. И что вы думаете? Стоило нам только, обливаясь потом, взобраться на неё по крутой тропе, как вершину затянуло облаками. Тем не менее, мы прогулялись на другой конец этой трапеции, сфотографировались с румынским флагом и потопали вниз. В то время я почувствовал себя как следует простывшим. Это случалось каждый поход с дождями и холодными ветрами – насморк и температура около 37-37.5, однако организм понимал, что над ним происходит какое-то издевательство, и потому держался. Но когда Иван спросил, заночевать ли нам в маленькой полосатой рефьюдже по другую сторону Молдовяны, или взять следующую горку, я наплевал на все старания моего организма и попросил рефьюджу. Было несколько стыдно за слабость, но все оказались этим довольны) В маленький домик с двухэтажными нарами набилось что-то около 14-16 человек, и потому было тесно, но тепло. Это ещё одна причина, по которой я полюбил европейский треккинг: рефьюджи, которые румыны называют «la cabana», и домики-укрытия, похожие на потерпевшие крушение  летающие тарелки, с плотно нанесённой на маршруте цветовой разметкой, позволяли не только не заблудиться, но и спрятаться от непогоды, чтобы не брать с собой палатки, чем и пользовались многие встречные туристы, прогуливавшиеся с 40-50-литровыми рюкзаками. Это, безусловно, облегчает жизнь в горах. Да! Что меня поражало во встречных, так это их прикид: какие-то короткие шорты и футболки на пронизывающем ветру, в то время как мы напяливали на себя флиски, шапки и вторые штаны. Как так? Вот тебе и южане-румыны, своим внешним видом устыдившие северян.

 

День 6. На следующий день путешествие по хребту Фэгэраш продолжилось. Снова суровый ветер, преследовавший нас весь день с утра и до вечера, тяжёлые свинцовые тучи, механически пересекаемые одно за другим взгорья (я насчитал шесть подъёмов и спусков, после чего бросил это дело), а под конец – густой туман с дождём на десерт. Какие бы могли открыться виды, если бы не это.

И всё это мы преодолевали быстрым-быстрым шагом. Недавний Кавказ здесь очень помог, теперь мне не требовалось считать шаги и делать отдышку секунд в 10 на каждом отрезке, и я понял, что в будущем взять, к примеру, Эльбрус или Казбек с такой предварительной подготовкой будет определённо проще и приятней. На фоне однообразия пейзажей было любопытно наблюдать вызванные нарастающей усталостью стадии восприятия окружающего. Во второй половине дня включилась стадия «зомби». Затем наступило время «злого молчаливого зомби». Когда Иван сказал, что ночёвка вот-вот будет (хоть я и знаю все эти инструкторские приколы про «ещё 15 минут», но всё же поверил), организм просто расслабился и дал себе волю. Ноги двигались всё так же, но лоб начал гореть, а перед глазами всё слегка поплыло. Оля, Игорь, Динара и Мелана тоже расслабились и то и дело пропадали в тумане, задерживаясь у кустов с черникой. Однако бесконечно это продолжаться не могло, и через много-раз-по-пятнадцать-минут перед нами всё-таки выплыла из тумана рефьюджа фирменных красно-белых цветов. Решено было ночевать. Ура! Скинув с мокрой спины захребетник и взяв сигарету, я вышел на улицу, в туман, и своим появлением вызвал испуганные женские вскрики у появившейся из тумана группы туристов. Вот это было круто! Со стороны, должно быть, смотрелось и впрямь жутко)

Ребятки могли бы заночевать с нами, места хватало всем. Не смотря на то, что все были родом из города Фэгэраш, что прямо у подножия этих гор, они выбрались сюда в первый раз и, вероятно, думая, что происходящий снаружи ужас – это вполне нормально, решили попытать счастья дальше. У некоторых из них к рюкзакам были приторочены спальники – само собой, уже мокрые... Весело болтая на своём итальяно-румынском, они скрылись в тумане, и мы остались одни. Мы с Иваном отметили, что многие румынские девушки обладают своеобразной неотразимой южной красотой;) Приготовив шикарный томатный суп и выпив чаю, наша компания проболтала весь вечер, в частности, в десятый раз обсудив достоинства и недостатки  всякого снаряжения, и завалилась спать. Я занял верхние нары, чтобы больше никто не простыл. Выключив фонарик, я решил перед сном послушать плеер, и с головой ушёл в музыку, как вдруг… БАБАААХ!!! Грохот этого оглушительно взорвавшегося НЕПОЙМИ-ЧЕГО был настолько сильным, что я услышал его через наушники и подскочил на месте, сразу же бросив взгляд на дверь: закрыта! В чём дело? И тут слышу, как Иван начинает заливаться смехом, а по рефьюдже распространяется ужасный запах НЕПОЙМИ-ЧЕГО. Включаю фонарик и вижу: весь стол забрызган какой-то пенящейся субстанцией, на полу валяется крышка от термоса, которую сорвало и ударило об потолок, а из самого термоса лезет горох – мы замочили его, рассчитывая утром приготовить суп, но тот, вероятно, посчитал, что ему будет слишком тесно ждать утра в термосе. Я давно так не смеялся: «А представьте, если бы он взорвался вчера, когда нас было 14 человек в маленьком домике? Кто-то ходил бы с классным синяком…Хааахаха!! Не, ну ты представь, а если бы он взорвался в рюкзаке прямо на маршруте, ведь я таскал его на себе целый день!». Второй термос во избежание жертв было решено обезвредить уже на улице. Бааах! Отдышавшись от смеха, мы один за другим заснули. Однако не тут-то было. Распалённая фантазия стала рисовать какие-то шорохи вокруг нашего домика. Вдруг проснулись иррациональные страхи – а вдруг это медведь! Тут кто-то слегка постучал снаружи в дверь и затих. Чертовщина. Затем снова шорохи когтями по стенам. И ведь действительно необъяснимый страх: нас шестеро, вокруг стены и дверь на щеколде – кто может что-то нам сделать? Глупости. Но разве эти рациональные доводы могли помочь? Худо-бедно, но я заснул. Утром выяснилось, что кое-кто действительно пытался пробраться к нам, но кто же это был? Скромная пастушья собака с добрыми потупленными глазами, которая пришла к нам, учуяв что-то вкусненькое. Всего-то) Но я подспудно даже хотел хоть раз напугаться, ведь это Трансильвания, в конце-концов.

 

День 7. Новый день сулил смену пейзажей с сурового кавказского на, собственно, карпатский тип, с плавными горными склонами, покрытыми вековыми хвойными лесами, а так же долгожданную смену климата на более тёплый, и я ожидал, наконец, выздороветь. Место, где происходила эта смена пейзажей, после нескольких дней туманных скал показалось безумно красивым, да, в общем-то, и было таковым. Здесь безлесыми долинами и каменными ложбинами с маленькими горными озерцами плавно заканчивался хребет Фэгэраш, перетекая в расстилавшиеся дальше лесистые горы пониже, между которыми сверкало водохранилище Печинегу. Вдоль горизонта, наподобие сплошной ровной стены, тянулись белые скалы хребта Пьятра-Краулуй (совершенно сумасшедшие названия, запоминалось очень тяжело), который нам нужно было пересечь. Казалось, что добраться до него можно за один день, и даже меньше, однако петляние по лесам в итоге заняло у нас все два.

Хребет Фэгэраш во всей красе

На горизонте - хребет Пьятра Краулуй, слева - предгорья Lezer-Păpușa

Бееее!

Спустившись в лес, в каждом из нас, но особенно в карпатских завсегдатаях Меланке и Иване, проснулись первобытные грибники-ягодники, потому что… чёрт возьми, сколько же здесь было грибов! На всевозможные лисички-маслята очень быстро перестали обращать внимание, выискивая только белые, благо особо искать их и не требовалось. Лесистые участки чередовались с просеками и вырубками, где вдоль тропы в огромных количествах росли крупная черника и малина. Затем снова лес и грибы. И снова ягоды! Светило солнце, ветер остался где-то в вершинах Фэгэраша, стало тепло, и мы вовсю наслаждались дарами природы. Вечером решено было делать грибной суп… или нет, жульен! Грибы со сливками и тёртым сыром! Жареные грибы!.. В таких вот гастрономических мечтах, снова отмахав не меньше 15 километров, мы встали на стоянку прямо в лесу, возле ручья и с красивым видом на озеро Печинегу.

Здесь мы наконец-то развели настоящий костёр, вокруг которого и расположились, шаманя над густым грибным супом с сыром и сливками.

С сумерками настало время страшных историй. Каждый рассказывал о каких-то мистических случаях из жизни. Иван вспоминал о своей скаутской юности и испытаниях вроде одиночной ночёвки в лесу посреди звериных троп, когда некоторые проваливались, прибегая в кемпинг в жутком испуге ещё до наступления сумерек. Для пущей жути я соорудил из сушащегося на ветках балахона пугало. Через какое-то время стало страшновато отходить в туалет (особенно этому поспособствовали рассказы о том, что большинство случаев нападения медведей на туристов было связанно именно с походами в туалет, поскольку медведей привлекает запах). Однако нам с Иваном пришлось прогуляться в лес, чтобы привязать всю нашу еду к дереву, куда теоретически не смог бы забраться медведь (после чего Иван сделал вывод, что медведи опасны именно тем, что из-за них рискуешь свернуть себе шею, занимаясь такими вещами). Пока готовился суп, мы резали белые грибы и, слегка подогрев их на огне и посолив, ели с поджаренным хлебом почти сырыми. Никогда не забуду этот аромат и ни с чем не сравнимый вкус настоящих белых грибов. В общем, славно поужинав и вдоволь друг друга напугав (я не шучу! все действительно нагнали друг на друга страха), мы легли спать. Это было что-то вроде страха перед скорпионами в Турции, когда, ночуя в лесу, мы увидели одного такого – маленького и прозрачного – на ветке в костре, после чего разбежались проверять палатки и спальники, чтобы не показывать носа наружу до утра, и расслабленной вечерней беседы как не бывало. Проснувшись, Динара рассказывала, что смогла по-настоящему заснуть, лишь увидев через стенку палатки, что снаружи стало понемногу светать. Я испытал нечто похожее. Вот что значит ночь в лесу! Незабываемые ощущения.

 

День 8. На следующий день охота за грибами продолжилась, и Иван махнул рукой на планы добраться до Пьятры Краулуй к концу дня. Горький отвар из оленьего мха и ощутимо потеплевший воздух сделали своё дело, и моя простуда осталась в этих лесах. Утром мы устроили себе небольшую культурную программу, исследовав румынскую пастушью колыбу – сложенную из брёвен прокопчённую изнутри избу с кострищем и скамьями, хлевом и чем-то наподобие мастерской.

После долгого лесного перехода с бесконечными продираниями через заросли, поваленные на вырубках деревья и ветви, подъёмы и спуски, не видя ничего, кроме леса, мы вышли к полонине, с которой хребет был виден как на ладони.

Пастуший домик оказался в скверном состоянии, поэтому заночевать решили прямо на поляне. Темнело, и кому-то нужно было сходить за водой на ручей, расположенный минутах в десяти от нашей полянки, в лесу. Я решил немного испытать себя, взял дюжину бутылок и фонарик, и отправился в лес. Те десять минут, пока я набирал одну бутылку за другой, приходилось постоянно оборачиваться назад, вглядываясь в темнеющий бор, а на обратном пути, уже в полной темноте, я во весь голос распевал мантры Шиве, владыке гор, и, так никого и не встретив, вышел обратно к поляне.

В этот раз свои кулинарные таланты проявила Динара, приготовив из грибов что-то неимоверно вкусное. Кстати, за вечерними разговорами у нас в группе родился особый мем: всякий раз, когда разговор лишь чуть-чуть касался даже не политики, а экономики или социальной сферы, воздух ощутимо начинал отдавать озоном, как перед грозой; поэтому, памятуя о возникшей с некоторых пор непримиримости позиций но ряду вопросов, мы как могли избегали этих разговоров, но получалось не всегда. И тогда Мелана, хоть и измученная нашим бесконечным обсуждением туристического снаряжения, выдавала сакраментальную фразу: «Мембранные штаны!» (излюбленный предмет нашего обсуждения), что означало, что необходимо срочно обсудить виды мембран или сравнить качество фонариков Блэк Даймонд и Петцль. Вообще, Мелана весь поход светила нам солнцем, рассказывая на пару с Иваном бесконечные весёлые истории, заряжая всех своей позитивной энергией, юмором и жизнелюбием. Славный человек! (но фотками так и не поделилась;)

 

День 9. …Испуская в небо сверкающие лучи меж зубцами 500-метровой стены Пьятры Краулуй, наружу снова явился Сурья, согревая нашу сырую полонину. Мимо кемпинга в сторону скал галопом пробежала одна группа туристов, затем другая. Хребет из белых скал одним своим видом, ещё с Фэгараша, давал понять, что запомнится нам надолго, и нам, в свою очередь, не терпелось это проверить. Через час-полтора мы вышли к его подножию, я мысленно поблагодарил гостеприимный лес и настроился на новые – теперь уже крымские – панорамы, сменявшие здесь собой карпатские виды. В конце концов, мне просто было любопытно, как вообще можно залезть на эту стену, и очень хотелось, наконец, просто полазить по скалам. Любовь к этому появилась у меня после кавказской горы Семёнов-Баши и созерцания на протяжении трёх дней сверкающих вершин Домбая, на которые ведь тоже как-то поднимаются! Я даже слегка завидовал Динаре, Оле и Игорю, на долю которых в первом же походе выпало такое разнообразие видов и ландшафтов, а так же испытаний. Пока мы шли к подножию хребта, я с интересом разглядывал его скалы, думая, где бы можно было его пересечь. Казалось, что это можно сделать за пару часов. Но как же обманчивы горы! То, что кажется здесь далёким, может быть близко, а то, что кажется обманчиво близким, таковым только кажется. За этими мыслями мы подобрались к очереди на первый подъём.

       

 Последний жест тролля, застигнутого утренним солнцем врасплох

Кажется, эти скалы были излюбленным местом времяпрепровождения как местных, так и туристов. Подъём на стоящие у нас на пути скалы представлял собой стальной трос, спускавшийся по практически отвесной стене, зажатой в небольшом ущельице, так что мы принялись морально готовиться. Впечатлили две девчонки, буквально взлетевшие наверх. За ними семейство с ребёнком. А потом мы. Я плюнул на чёртов трос, опасно заскользивший под руками, и взявший раскачиваться подо мной из стороны в сторону, и полез вверх, хватаясь за выступы, что было, всё-таки, довольно опасно. Отдышавшись, мы полезли выше, думая, что страшное уже позади, но не тут-то было. Ещё один трос! А затем – другой трос, на этот раз натянутый вдоль стены над тем, что ощущалось нами как пропасть, но уже горизонтально. А потом снова крутой подъём на пол-часа, и ещё один трос… Ага, а вот по этому тросу нужно взобраться метров на двадцать вверх, затем отпустить его, схватиться за скалу, перекинув через неё тело и не видя, что же за ней, и где-то там снова вверх. Конца и края этой горе видно не было. Когда нам казалось, что наша вершина Ла Ом (2238 м) уже близко, встречные скалолазы отвечали, что ещё «всего пара часиков», и мы наверху. А между тем, ободранные руки на скалах уже начинали дрожать – здесь я понял, что простому хайкеру очень далеко до скалолаза, развивающего группы мышц, которые мы вообще редко напрягаем. Особенно круто лазила Оля, ловко и без страха перебирая руками и шагая ногами по отвесным стенам, без страха отпуская уступы и перенося центр тяжести – как оказалось, она посещала альпинистский парк, и это неплохо ей помогло, научив технике. Но надо отдать нам должное, ни у кого из нескольких десятков встречных не было таких тяжёлых и больших рюкзаков за спиной, как у нас. Люди приезжали полазить по скалам, в то время как для нас это был очередной хребет на долгом маршруте, который нужно было пересечь. Когда, во время взбирания по следующему тросу на вопрос «что там наверху?» раздались шутки о «всего лишь четырёх» таких же штуках до вершины, стало понятно, что сейчас я увижу кое-что такое, ради чего стоило лезть сюда, не говоря уж о том, что сам процесс доставил ни с чем не сравнимое удовольствие. Даа, такой горы у меня ещё никогда не было! Новички и не только – все прошли здесь испытание.

…С вершины хребта открывался вид на расстилающуюся под ним, залитую солнцем пасторальную холмистую долину Гаура с тёмными пятнами лесов, усыпанную сотнями белых домиков с красными крышами, сёлами, соединённых паутиной дорог, вдали виден был даже какой-то город с возвышающимся над ним средневековым замком; слева, к северу, лежали жёлтые, выжженные солнцем поля, а справа, к югу – заросшие лесом тёмные холмы и плоскогорья румынских Карпат. Прямо перед нами, на горизонте, вверх поднимался впечатляющий горный массив Бучедж, накрытый шапкой из густых белых облаков.

Долина Гаура

На вершине мы немного поохотились с фотоаппаратами на горных коз, которых местные называют «capre negro». А ведь, в самом деле, пройти маршрут наоборот оказалось куда более классной идеей. Получилось, что в самом начале нам выпали наиболее тяжёлые дни, заставившие соскучиться по теплу и лесу, после которых мы получили настоящий отдых в дикой природе, а теперь, набравшись сил, с удовольствием поднялись по этим шикарным скалам и дальше позволим себе отдохнуть уже в цивилизации, не боясь, что она расслабит нас, ведь поход перевалил за свою вторую половину. И мне было немного жаль чуваков, взбирающихся на Пьятру Краулуй с Гауры, по тяжёлой и однообразной пологой тропе - а так же потому, что им придётся спускаться по этой стене вниз, что куда более экстремально, чем подниматься по ней.

Остановились мы у подножия хребта в лесу уже затемно, загребая ногами камни и спотыкаясь от усталости, и после традиционных посиделок у костра разбрелись по палаткам.

 

 День 10. На следующий день – уже четвёртый, когда держалась солнечная погода – пересекли впечатляющий каньон Зарнестилор и понаблюдали за альпинистами, тренирующимися на его стенах. Затем вступили в долину и окольными путями, через тропы, поля и чужие дворы, под лай собак стали пробираться к Брану – месту, чей замок был, по легенде, обиталищем Дракулы. Местность соответствовала этому из рук вон плохо – нас окружали пересекаемые старенькими заборами идиллические зелёные холмы со стогами сена, и красивые загородные домики богатых румын, в каждом втором из которых была какая-нибудь гостиница.

Динара и каньон Зарнестилор

Пройдя эту долину, мы, наконец, увидели расстилающийся ниже Бран, куда так стремились попасть Игорь с Олей – небольшой городок, вытянутый вдоль дороги. Никаких панельных многоэтажек. Только 2-3-х этажные старые и новые дома, покрытые штукатуркой и крышами всех оттенков красного и коричневого. И ни одной крыши другого цвета. Вот что значит бережное отношение к своему культурному наследию. Здесь я с ностальгией вспоминал очень любимый мной старенький столетний дом своей бабули в Калининградской области, выполненный в точно такой же архитектуре. Выход в цивилизацию после гор, стоит сказать, был очень щадящим и плавным, здесь не было никакой «суеты городов и потоков машин», как поёт Высоцкий. Наконец-то нам встретился продуктовый магазин, и мы просто потерялись в обилии всего, что он мог предложить, не в силах что-то выбрать (как рассказывал Иван, знающие продавцы в таких случаях предлагали исхудавшим туристам пиво и мороженое и попадали в точку). Начался поиск гостиницы, Иван с Меланой свернули в один из переулков, чтобы найти подешевле – и не прогадали. О лучшем нельзя было и мечтать: во дворе стояли качели-скамейка, вдоль дома на улице под козырьком – мягкие кресла и диваны, на наш второй этаж вела деревянная лакированная лестница, поднявшись по которой, мы увидели чистые и уютные, обшитые деревом комнаты, мягкие кровати, ванны и всё, что было угодно душе и телу в этот момент. Румыны любят цветы и украшают ими даже продуктовые лавки на улицах; видно было, что хозяйка гостиницы разделяла это хобби, и её дом и двор вокруг утопали во всевозможных растениях. Шуткам вроде «Как тебе запах моих носков сегодня? Ммм, чувствуются нотки сыра сулугуни» и т.д., кажется, пришёл конец. Отчистив полуторанедельный слой грязи и постиравшись, мы спустились на кухню, где заботливая хозяйка уже подала ужин из нескольких разных блюд, в том числе мамалыгу – традиционные карпатские запечённые кукурузные шарики с сыром, блинчики с вареньем, четыре или около того вида местных сыров и овощи, а так же какую-то потрясающую настойку. Можете считать это рекламой;) После чего речи о замке Дракулы уже не было, мы собрались наверху, вспоминали предыдущие приключения и рассказывали друг другу разные истории. На душе было спокойно и хорошо.

Дом нашей бабули)

 

День 11. После не менее сытного завтрака мы поехали в город Ражнов с возвышающимся над ним средневековым замком и городком за внутренними стенами, населённым разодетыми в средневековые костюмы торговцами сувенирами. Как сказал один из торговцев: «I have a sword, but I will not kill you». Спасибо, чувак. Я ещё слишком молод. Ещё запомнилась румыночка, одетая в рыцарскую белую накидку с крестами, при этом жующая жвачку и напряжённо копающаяся в телефоне. Из замка открывались впечатляющие виды на город, окрестные долины и горы. Дайте арбалет и ключи от винного погреба, и этот замок можно будет оборонять до эпохи пороховых орудий. Сам городок был как будто вымершим: на улицах жара, ставни игрушечных домиков закрыты, и ни людей, ни машин на порядком разбитой дороге. Вероятно, закончился курортный сезон.

Вид на город со второго яруса Ражновского замка

Пустынный Ражнов

Затем, ближе к вечеру, решено было, наконец, наведаться в Бранский замок, прошлым вечером впечатливший нас очень эффектной подсветкой. Внутри оказалось довольно интересно: маршрут экскурсии проходил через основную часть помещений, башенки, балконы, залы с печками и каминами, кабинеты и спальни, украшенные соответствующим интерьером, а порой и просто, для атмосферности, доспехами и пыточными устройствами. Это было интересно, но никакой мистики и холодного ужаса за спиной вы там не ощутите. За этими вещами, как я уже понял, нужно отправляться в дикие румынские леса)

Да, замок Дракулы)

…Вечером мы обменялись контактами, и наутро Игорь и Оля, получившие, наконец, желаемое, покинули нас, чтобы выкроить ещё один день на свою культурную программу и уехать домой. Мы же остались у гостеприимной хозяйки, в отношении которой стали возникать некоторые подозрения… Высказывалось наблюдение, что в этом доме нигде нет часов – вероятно, чтобы мы забыли о времени. Каждый вечер и каждое утро на стол подавалось какое-то новое феерически вкусное блюдо, например, собственноручно приготовленное мороженое из лесных ягод. Узнав, откуда мы, хозяйка угощала нас то румынской настойкой, то вином, не имеющим ничего общего с магазинным ширпотребом. В общем, мы решили, что она и есть Дракула, хитростью заманивший нас в этот прекрасный дом. А на самом деле, мы очень её полюбили. Например, помню, как она сидела на кухне, подперев голову рукой, и ждала, когда же мы вернёмся с затянувшейся прогулки, а мы чувствовали себя нашкодившими детьми. Возникали мысли попросить её усыновить и удочерить всю нашу компанию)

Таким образом, прошёл наш второй день в Бране. По маршруту мы должны были, пробежавшись по замку, вновь вскинуть на себя рюкзаки и пересечь последний, третий хребет Бучедж, однако расслабились и разленились. Вместе с тем, каждый из нас понимал, что в одной только Румынии карты составлены по целой дюжине хребтов, из которых мы были лишь на двух – самых красивых, но всё же только на двух. И неизвестно, вернёмся ли мы когда-нибудь сюда снова, потому что ещё неисследованный нами мир, по сути, столь огромен. Поэтому приготовились к раннему подъёму и радиалке на 1500 метров вверх, по возможности до вершины Ому, и на столько же вниз.

 

День 12. Перед выходом нам захотелось всё-таки отведать фирменных блинчиков с кофе... что оказалось фатальным решением! Следующие полтора часа, объевшись, мы провалялись кто на качелях, кто на креслах, под тёплым утренним солнцем, не имея никакой возможности встать и куда-то там пойти. Ивану стоило труда растолкать нас, и вот, в который раз миновав замок, мы повернули на одну из боковых улочек, прямую и длинную, ведущую будто к самому Бучеджу, казалось, недостижимому и огромному, подёрнутому голубой дымкой где-то вдали. Впервые над хребтом не было этой облачной шапки.

Те самые блинчики с кофе

Массив Бучедж, нам наверх

Миновав украшенные каждый на свой лад домики, а затем мирно дремавший в траве ратрак, центр проката, набитый лыжами и прочей амуницией, и подъёмник, мы вступили в лес. Вокруг возвышались величавые корабельные сосны, тянущиеся к ясному небу, чтобы пошелестеть там на ветру своими ветвями.

Все грибные места оказались подчистую опустошёнными местными, поэтому нам оставалось лишь созерцать великолепие соснового леса и попадавшиеся там и сям старые, не уместившиеся бы и в двух ладонях, летние белые грибы. Сосны с постепенным набором высоты становились всё ниже и ниже, пока, наконец не расступились, открыв взору долину Гаура и Пьятру Краулуй уже с другой стороны. Склоны горы утопали в сосновых лапах и альпийских цветах. Мелана и Динара остались полакомиться черникой, а мы с Иваном набрали ещё пару сотен метров и взошли на плато – Бучедж, строго говоря, являл собой именно плато, а не хребет, поэтому, к сожалению, мы не увидели долин по другую его сторону и так и не дошли до Ому и затерянного где-то на плато сюрреалистичного каменного «Сфинкса», до странного похожего на своего египетского собрата, но, в отличие от него, выточенного гуляющими здесь ветрами. Где-то в долине между скалами бродила отара овец и слышался то ли детский смех, то ли плач.

Снова Гаура и Пьятра Краулуй, вид на восточные склоны

Где-то в вершинах Бучеджа

Укрытие на плато - открыть не удалось

Вечерело, поднялся ветер, и мы, полюбовавшись на окрестности, спустились к нашим девчонкам, безнадёжно вымазанным черникой, и все вместе отправились обратно, домой. Путь назад проходил в непривычном молчании. Ещё по дороге наверх я ощутил что-то новое в себе, заставившее включить в плеере слишком уж по-осеннему звучащий, красивый и грустный трек, и осознал это ощущение уже на спуске: всё заканчивалось. Здесь, на склонах этой гостеприимной сегодня горы подходило к концу наше приключение, и мы шли, каждый погружённый в свои мысли и понимая друг друга без слов. Ей-Богу, хотелось плакать.

 

День 13-14. Ранним утром мы попрощались с нашей славной хозяйкой, доехали на автобусе до вокзала Брашова и проводили Мелану и Ивана на их автобус, благо им было не так далеко до дома, как нам. С Динарой я простился после небольшой прогулки по центру Брашова – задержавшись в книжном магазине, она чуть было не опоздала на свой поезд – и я остался один. До моего самолёта были ещё целые сутки. Пытаясь занять время, я облазил весь центр, все книжные и туристические магазины, и даже взобрался на Тампу. В Москве мне поручили одно задание: уже давно запланированное путешествие автостопом в Южную Азию при удачном раскладе должно было пролегать через Румынию, и мне нужно было оставить записку в каком-нибудь из памятных мест, чтобы затем забрать её. Я не придумал ничего лучше, чем спрятать её на вершине горы. Поднявшись на вершину, я оценил колоссальный размер кажущейся такой маленькой снизу надписи «Brasow», а так же невероятные виды на город, красночерепичные старинные кварталы, крепостные стены, площадь и Чёрную церковь – всё казалось отсюда будто игрушечным.

Центр Брашова с вершины Тампы

Но как бы я не пытался потратить своё время, тоска от расставания, усиленная тотальным ощущением одиночества, к вечеру захлестнула меня с головой. Я не ожидал, что это случится так быстро, и был ошеломлён. Чем больше я сроднялся с людьми, пережившими со мной очередное приключение, тем тяжелее было после. Здесь все, насколько могли, открыли свои лучшие стороны. Это не была всем известная тоска по горам, от которой просто лезешь на стены в первые дни по возвращению, это другая её грань, делающая её ещё более тяжёлой. В тот вечер я заснул тяжёлым сном и в каком-то забытьи. Казалось, что с нашего с Динарой приезда в Брашов в тот тёплый ночной дождь прошла целая вечность.

…Вернувшись в Москву, в первые несколько часов я просто не мог смотреть в лица других людей вокруг, даже, на удивление, и за людей их не считая. Пустые пивные бутылки под скамейками, какие-то пьяницы, запах гари в вечернем воздухе, заслоняющие небо дома-муравейники с бесцельно живущими в них грустными работягами. Конечно, это продлилось недолго. Дома в который раз были просмотрены любимые «Вертикаль» и «Северная стена», а так же… «Ван Хельсинг», просматривая который, я от души повеселился над фэнтезийными пейзажами, кровожадными румынами и Будапештом, в одном эпизоде явно перепутанным с Бухарестом:)

Это больше никогда не повторится вновь. Никогда и ни с кем так, как это было со мной. Как это было с Динарой, Олей, Игорем, Меланой и Иваном. С каждым из вас в каждом вашем приключении. Человеческая память несовершенна, она оставляет лишь намёк о происходившем в горах чём-то хорошем, избавленном от повседневной путаницы и сложности, кристально-простом и потому чистом, и поэтому люди ходят в горы снова, и снова, и снова – чтобы ещё раз пережить нечто похожее, но, вместе с тем, всегда уже абсолютно новое. Ведь горы умеют удивлять и преподносить сюрпризы; ожидая, что ты откроешься им, они могут обмануть все твои самые лучшие ожидания, для того чтобы подарить тебе что-то ещё более прекрасное.

Нигде больше я не смогу послушать «Wicked Game» с таким удовольствием, кроме как стоя на ветреной вершине или очередном перевале рядом с теми, кто это понимает, или «Ex Nihilo», уставившись в нереальное звёздное небо, ведь горы ближе всего к нему.

И поэтому… Ом Намах Шивайя, Владыка гор! Я обязательно, обязательно вернусь.

 

 

 

Write a comment

  • Required fields are marked with *.

If you have trouble reading the code, click on the code itself to generate a new random code.
 
Татьяна
Posts: 1
Comment
такая манящая Трансильвания
Reply #1 on : Mon September 28, 2015, 14:25:06
Евгений, огромнейшая благодарность за повествование. Получила удовольствие от чтения и, к сожалению, понимание того, что такое путешествие мне не под силу. Думаю, что подробные отчеты "бывалых" необходимы, чтобы можно было реально оценить свои физические возможности.
Спасибо! Виды и места потрясающе красивы.